Две жизни моего поколения - Юрий Костин

Оправдывая лень занятостью, отцы редко делятся воспоминаниями и глубокими переживаниями со своими детьми, и многое, о чем они могли бы рассказать, навсегда уходит вместе с ними… Когда сыну исполнилось четырнадцать, я подарил ему свои записи… Мне не известно доподлинно, заинтересовал ли его мой подарок. Надоедать с расспросами не стал - всему свое время. Быть может, наступит момент, когда к нему придет желание понять меня и всех нас, и он станет вчитываться в каждое слово".Выход мемуаров Юрия Костина "Две жизни моего поколения" - событие знаменательное. Дело не столько в самой книге, сколько в ее жанре. "Записки к сыну" - эти слова пахнут букинистическими полками, "ерами" и "ятями", пожелтевшими страницами, изъеденными библиотечным червем. Оформление "Двух жизней" отсылает к другой безвозвратно канувшей эпохе - с ее обложки смотрит "серпастый, молоткастый" паспорт гражданина СССР.Но стиль книги отнюдь не архаичен. Автор - преуспевающий бизнесмен на пике физической формы и карьеры. Если подобный "человек дела" берется за мемуары, значит, не только в его личной, но и в общей жизни настал период финансовой стабильности и затишья. Надолго ли? Не намекает ли название на скорую перемену участи?Итак, перед нами записки "восьмидесятника", закончившего МГИМО и защитившего диплом под названием "Пропагандистская кампания Запада вокруг аварии на Чернобыльской АЭС". Таких, умеренно правых, легко "прогибающихся" под разные режимы людей называют то приспособленцами, то костяком государства и солью земли. Их философия, воспетая Алексеем Учителем в фильме "Космос как предчувствие", - Дао благоразумного гражданина. Для "человека дела" записаться в диссиденты значит надеть на себя кандалы. Он реализует себя ценой многочисленных компромиссов."Мудро это - защищать свой мир, особенно, если знаешь, что ты из него никуда не денешься. В конце концов, начинаешь сам верить всему, что придумывает твое воображение, отравленное информационным голодом. Инстинктивно мы тогда так и делали. Вера в систему была великая".Яд и лекарство, защита и голод сбились в не поддающийся распутыванию клубок… Тем весомей звучит критика правительства и Первого канала из осторожных уст Юрия Костина.Мемуары Костина станут прекрасным дополнением к курсу Новейшей истории. В них расшифрованы реалии советской жизни, непонятные современному подростку. И главное, передан колорит эпохи - то, что отличает живой опыт от параграфа учебного курса. Дискотеки в конно-спортивном комплексе Битцы, турпоходы в Закарпатье, первый мотоцикл, первая ответственная работа… Из множества деталей складывается образ сильного, требовательного к себе, счастливого человека. Что, согласитесь, само по себе немало.